Драч Геннадий Владимирович

1. Год и место рождения
1942, г. Туапсе

2. Высшее образование (что окончил и когда, специальность по диплому)
Ростовский государственный университет, 1968 г., исторический факультет, историк

3. Краткая трудовая биография (до 5 важнейших мест работы с кратким описанием содержания деятельности и служебного роста)
С 1970 г. преподаватель, ст. преподаватель, доцент кафедры Истории философии философского факультета Ростовского государственного университета. Обеспечивал базовый курс «История античной философии» и ряд спецкурсов по античной философии. С 1990 г. профессор (доктор философских наук), заведующий кафедрой Теории культуры, этики и эстетики РГУ (ЮФУ – Южного Федерального Университета). Участвовал в реформировании гуманитарного образования в РГУ, подготовил и осуществил набор (начиная с 1993 г.) на специальность «культурология».   С 1998 г. по настоящее время декан философского факультета РГУ, в 1999г. реорганизован в факультет  философии и культурологи РГУ (ЮФУ). 

4. Аспирантура и соискательство, пройденные Вами
Аспирантура по специальности «история философии» по кафедре Философии РГУ 1968-1971 гг. Докторантура по кафедре Истории зарубежной философии философского факультета МГУ 1982-1985гг.

5. Когда и где защищалась диссертация (диссертации), ее (их) наименование, под чьим руководством (консультированием) писались, назовите оппонентов, ведущие организации
Диссертация кандидата философских наук по специальности 09.00.03 - история философии «Изменение представлений о космосе в связи с социальным развитием полиса», Ростов-на-Дону, 1975 г. Научный руководитель – кандидат философских наук, профессор А. В. Потёмкин. Официальные оппоненты: доктор философских наук, профессор Ф. Х. Кессиди, доктор философских наук В. Е. Давидович. Ведущая организация – Московский государственный университет им. М. Ломоносова. Диссертация доктора философских наук по специальности 09.00.03 - история философии  «Учение о человеке в раннегреческой философии», Тбилиси, 1989 г. Научные консультанты: доктор философских наук, профессор В. В. Соколов, доктор философских наук, профессор А. Н. Чанышев. Официальные оппоненты: действительный член Академии наук Грузии, доктор философских наук, профессор Ш. В. Хидашели, член - корреспондент Академии наук Грузии, доктор филологических наук, профессор Р. В. Гордезиани, член - корреспондент Академии наук  Украины, доктор философских наук, профессор М. В. Попович. Ведущая организация – МГУ.

6. Ученая степень и звание
Доктор философских наук (1989), профессор кафедры Теории культуры, этики и эстетики (1990).

7. Государственные награды, звания, премии
Почетный работник высшего профессионального образования (2000), Заслуженный работник высшей школы Российской Федерации (2002), Заслуженный деятель науки Республики Ингушетия (2006), Заслуженный деятель науки Российской Федерации (2007).

8. Научные награды, премии, победы в конкурсах
Победы в конкурсах на лучшую научную и учебно – методическую работу года РГУ (ЮФУ).

9. Чьим учеником Вы себя считаете, общение с какими специалистами и труды каких корифеев оказали на Вас наибольшее влияние?
Первым из учителей, оказавших на меня научное влияние ещё на студенческой скамье, когда я одновременно учился на историческом и философском факультетах, считаю Михаила Константиновича Петрова, чьи лекции на философском факультете РГУ неизменно посещал и читал в машинописном варианте его работы, большинство из которых опубликовано уже после его смерти. Из таких работ одна оказала на меня особое влияние – статья «Пираты Эгейского моря и личность», она позволила переосмыслить вопрос об основаниях Европейской культуры. Затем я познакомился и долгие – долгие годы оставался и остаюсь учеником Феохария Харлампиевича Кессиди, который научил меня вдумчивой работе над  античными текстами и раскрыл широкие горизонты мирового антиковедения. Нас объединяли дружеские отношения, не прекратившиеся с переездом Кессиди в Грецию. О друге и учителе мною написано  в виде послесловия в его книге «Сократ» ещё в тот период, когда он был жив. См. также: Памяти учителя. Вестник РФО. №1, 2010.
Своим учителем считаю также Василия Васильевича Соколова, который выступил рецензентом ещё по моей кандидатской диссертации, а затем стал научным консультантом по докторской диссертации. Высочайшая компетентность и человеческая доброта и участие сделали моё общение с ним продуктивным и незаменимым.  При поддержке Василия Васильевича  я вошёл в круг уникальной кафедры – Истории зарубежной философии, слушал лекции профессоров Алексея Сергеевича Богомолова, Юрия Константиновича Мельвиля, Геннадия Георгиевича Майорова и других. Исчерпывающий отзыв Алексей Сергеевича на первый вариант моей кандидатской диссертации  (11 страниц машинописного текста я храню до сих пор). Особо надо сказать об Арсении Николаевиче Чанышеве. Он жил античным миром и стихами, и тем, и другим делился бескорыстно. Античная философия и античные философы были для него чем-то живым и осязаемым, видимо это и есть культура  в самом своём первом значении.

10. К какому научному направлению и какой научной школе Вы себя относите?
Отношу себя к Ростовской философско-культурологической школе. Основателем её по праву считается Юрий Андреевич Жданов, бессменный ректор РГУ с 1957 по 1988 гг., при нём РГУ превратился в крупный научный центр, по его инициативе в университете был создан философский факультет. Он сам был выдающимся учёным, обладающим энциклопедическим умом и философской глубиной мышления. По приглашению Жданова в РГУ практически каждый год приезжали выдающиеся философы XX века – Э. В. Ильенков, М. К. Мамардашвили, Н. В. Мотрошилова, В. В. Соколов, Ф. Х. Кессиди. Это была незабываемая лаборатория «творческого марксизма» со всей требуемой культурой мышления и критикой догматизма. Ростов прослыл «возмутителем спокойствия». Особую страницу в культурную летопись Ростовской школы вписали такие незабываемые учёные, как Пётр Маркович Егидес (наш преподаватель, 10 лет отсидевший в сталинских лагерях, а потом по призыву Хрущёва поехавший поднимать целину и работавший там директором совхоза) – яростный защитник свободы и демократии, который за это и был депортирован из страны во Францию, в Париж. После проведённых в России реформ неоднократно приезжал в Ростов, к нам, как он справедливо считал, своим ученикам, по-прежнему неукротимый и переполненный творческой энергией.
Культурологические идеи Ростовской школы были обоснованы Ю. А. Ждановым и В. Е. Давидовичем в исследованиях, посвящённых сущности культуры. Предметное поле культурологии конституируется между философией (предельные абстракции) и культурной конкретикой, о чём не раз говорили Ю. А. Жданов и В. Е. Давидович. Но поэтому культурология и выстраивается не столько как наука со своим «неповторимым» предметом, сколько как горизонт поиска, направление исследования. И это направление поиска обнаруживает себя как «культурологизм», стремление охватить все многослойное пространство человеческого бытия, приведение рассматриваемого к «человекоразмерности».  Отсюда следует вывод об органичности для культурологии идей целостности  культуры и природы, включая природу и социальный мир, что и делает культуру интегратором гуманитарного знания. Культура объединяет в едином ценностно-смысловом мире природу, общество и человека как субъекта общественного организма, только в этом случае культура не отрывается от живой деятельности. Особую роль в становлении не только Ростовской школы культурологии, но и в развитии Российской и мировой культурологической  мысли сыграли личность и произведения Михаила Константиновича Петрова.
Можно выделить три культурологических направления в творчестве М. К. Петрова. Первое - формирование культурологии как самостоятельной дисциплины и предметной области исследования на основе сознательного отказа от панлогизма и обращения к истории культуры с «колокольни исторической ретроспективы». Этот методологический принцип был обоснован  в историко-философских работах, но он относился и к истории культуры, поскольку затрагивал вопросы культурной преемственности и разнотипности культур. Внимание к этим вопросам уже было привлечено работой Шпенглера «Закат Европы». Отказ от панлогизма ставил вопрос о носителях (субъекте) культуры и трансляции культуры. Но в первую очередь это был вопрос об исторической последовательности мировых культур. Греция и Европа соотносятся, но как вписываются в исторический ряд Индия и Китай? Второе – привлечение в качестве культурологических специальных исследований по культурантропологии и социальной антропологии (Бронислава Малиновского «не названное не существует»; Рут Бенедикт «культура вины» и «культура стыда»). Работы по лингвистике культурологического характера: Сепира и Уорфа и др.  Это очень перспективное направление исследований, представленное сегодня, например, работой Чарльза Кана «Лингвистический релятивизм и греческий проект онтологии». Третье – Науковедение (Наука о науке). М. К. Петров обратился к истории и теории науки. Открывалась общая теоретическая позиция: страны третьего мира и Европа, «развитые» и «развивающиеся» страны, актуализировались вопросы об общественно-историческом прогрессе и науке. В историко-культурном плане исследовались проблемы трансляции знания  и трансплантации науки в инокультурную среду. Все три направления создавали возможность понять культуру как способ трансляции социального опыта и проводить конкретные культурологические исследования, раскрывающие внутренние возможности цивилизационного развития культурного региона.

11. Каким определением культуры Вы пользуетесь в работе?
Одно такое определение вряд ли существует, хотя я давно пользуюсь следующим определением: культура есть способ хранения, трансляции и обновления социального опыта. Ещё более сложен вопрос о понятии «культура» и всей системе понятий, воссоздающих ее бытие, понятийный каркас. Следует отметить, что само это понятие является одним из наиболее широко распространенных. Но это говорит скорее о многозначности понятия, чем об изученности и осмысленности самого феномена культуры. А без глубокого осмысления проявлений культуры невозможна и выработка научного понятия. Указать на отдельные формы культуры, непредвзято описать и систематизировать их – это лишь первая ступень в ее познании. Однако исследование не может остановиться на этом первом шаге, ведь его целью является та подоснова, которая объединяет в единую целостность мозаику отдельных проявлений культуры. Вот этому и служит онтология культуры, то есть концепция ее бытия, понимание ее сущности. При этом, конечно, приходится учитывать не только неоднозначность понятия культуры, но и многообразие концепций культуры, скрывающееся за этим понятием. И всё-таки в понимании культуры я придерживаюсь «южных» традиций. Ещё в 1983 году Э. С. Маркарян, не раз приезжавший в Ростовский госуниверситет и всегда тепло и радушно встречаемый, поставил вопрос о необходимости осмысления понятия «культура» и создания самостоятельной теории культуры. Он отмечал, в частности, что  «наличие обобщающей теории культуры обычно просто постулируется. Ещё недостаточно внимания уделяется проблемам осмысления природы  данной области знания, а также её статуса в общей системе наук». Идеи Э. С. Маркаряна поддержали Ю. А. Жданов и В. Е. Давидович. Обосновывая понимание культуры как «специфического способа человеческой деятельности», они внесли существенные уточнения и дополнения  в деятельностную концепцию культуры. Определение культуры как «способа человеческой деятельности» считаю отправным и вполне актуальным в культурологической теории.

12. Ваши основные научные интересы в культурологи
Меня привлекает как теория культуры, так и история культуры. Более того, те темы, где они наиболее отчётливо сопрягаются. Одна из таких тем, вернее широкая область исследования – античная (древнегреческая) культура. Эта тема, самозначащая по своему научному содержанию, имеет ряд выходов в культурологию. В частности, на мой взгляд, крайне не изучен вопрос о первых рефлексиях  культуры, размышлений об отличиях эллинов и варваров, «фюсис» и «номос». Ведь здесь зарождалось европейское понимание культуры как некоторой культурной установки и нормативного принципа, сообщавшее культуре практическое значение (в античном смысле). Ряд тем античной культуры поясняют и проясняют Европейскую культуру не только в её истории, но и в современности, в этом случае можно назвать тему, которой я давно занят: «Агональность в культуре, человек агональный». Естественно, что темы античной антропологии и, шире, истории философии входят, по моему мнению, в широкое культурологическое пространство исследования, получают здесь дополнительный импульс и неожиданный ракурс исследования. Так что обращение к истории культуры, культурной конкретике – непременное условие теоретизирования.

13. В каких направлениях Вы видите перспективы развития культурологии?
Таких направлений множество. Это те направления, которые не надуманы, не отличаются «замудреностью», а обнаруживают живой объект исследования. Прежде всего – это культура стран и народов. Такие исследования примыкают к культурантропологии, но должны выявить «механизмы» сохранения культуры, особенностей её развития и взаимоотношений с другими культурами и народами. Проблемы коммуникации, культурной идентификации – очень перспективные направления исследований. Другое перспективное – направление проблемы массовой культуры, включая моду и рекламу. Однако проблема носит более широкий характер. Если культурология претендует на роль новой гуманитарной науки, она должна конституировать собственный предмет (основной вопрос) и основные проблемы и методы исследования. Тогда и возникает обозреваемое множество направлений исследования, большинство из которых оказываются на стыке с философией, социологией, психологией и т.д. Таким основным вопросом, на наш взгляд, выступает отношение человека к природе, культура регламентирует и конституирует отношения человека к природе, всемирная «победа» человека над природой означает победу над самим собой, то есть беду, то, что Ю. А. Жданов называл «комплексом Эрисихтона» – жаждой безумного потребления, которой был наказан этот фригийский царь, срубивший дерево в священной роще Деметры.

14. Общее число научных публикаций, назовите до 10 наиболее значимых
Общее число научных публикаций  (монографий, статей, учебных программ и т.д.)  - более 300. Среди них:
1. Культурология.  Учебное пособие для студентов ВУЗов. Гриф Минобразования РФ.
Изд. 17. Ростов-на-Дону, «Феникс», 1995 – 2010.
2. Культурология.   Учебное пособие для студентов ВУЗов. Гриф Минобразования РФ.
Изд. 4.  М.: Альфа–М, ИНФРА-М. 2009.
3. История мировой культуры (мировых цивилизаций). Учебное пособие для ВУЗов. 
Гриф Минобразования РФ. Изд. 7. Ростов-на-Дону, «Феникс», 2008.
4. «Морфология культуры» Освальда Шпенглера // О. Шпенглер. Закат Европы. Ростов-на-Дону, «Феникс», 1998.
5. Триумф и трагедия античного разума // Научная мысль Кавказа, № 3. Ростов-на-Дону, 1999.
6. Рождение античной философии и начало антропологической проблематики. Монография. Грант РГНФ. М., «Гардарики», 2003.
7. Западная цивилизация; Культура; Пайдейя // Глобалистика. Энциклопедия. Изд. «Радуга», М., 2003.
8. Культура и разум: конвергенция или дивергенция? // Вопросы философии, № 8. М., 2003.
9. Модернизация России: контекстуальность проблемы // «Логос», № 5 (44). М., 2004.
10. Наука о культуре в эпоху постмодерна // COGITO. Альманах истории идей. Ростов–на–Дону, 2007; Фундаментальные проблемы культурологии, т. 1. Теория культуры. СПб., 2008.

15. Кратко опишите по существу Ваши наиболее значимые научные достижения, открытия, изобретения и укажите, где они опубликованы
В своих работах обосновываю антропологическое прочтение античной философии, начиная с ранних ее (натурфилософских) этапов и связывая её историческое рассмотрение с культурными ценностями и установками греческого полиса. Проводится широкая реконструкция античного осмысления человека в определённой культурной среде, что делает понимание культуры не простой декларацией, а методом исследования. Раннегреческая натурфилософия, от начала её у Фалеса и до Гераклита и Парменида включительно, не была лишь филос. природы. Раннегреческие мыслители оставили огромный мировоззренческий материал, свидетельствующий об их устойчивом интересе к человеку. Рассмотрение проблем мироздания служило у них обоснованию норм человеческой жизни, положения человека в мире, путей достижения благочестия, справедливости и даже личного счастья. Культура не разделяет, а объединяет человека и природу.
Культура открывается как предельное основание философских рефлексий в результате историко-философского анализа как историко-культурного. Теоретические экспликации проведенных антиковедческих исследований распространяются на область теории и  истории культуры. Древнегреческая антитеза «фюсис» – «номос» представляет собой исток и основание культурологических рефлексий. Культура рассматривается  как трансляция  социального опыта путем освоения индивидом предметного  мира, навыков и приемов технологического отношения к природе и лежащих в их основе культурных ценностей и образцов поведения, включая представления о прекрасном и безобразном, добре и зле,  сущем и должном.
Европейская культурология формировалась как наука «вторичная», выходя из-под родительской опеки философии и опираясь на ряд  наук, выступивших по отношению к ней в роли «эмпирических доноров». Среди них особая роль принадлежит психологии, этнографии, искусствоведению, религиоведению и т.д. Сама логика размежевания обозначилась как преодоление классического (опирающегося на процедуру теоретического самосознания) философствования и свойственного ему панлогизма и европоцентризма,  разрушение классической модели культуры и выход в область культурологизирования (чаще всего в форме обсуждения проблемы «кризиса Европы»). Современное культурологическое знание складывалось как  осознание кризиса культуры, невозможности гармонии человека и природы. Этот факт можно рассматривать и как неудачу в построении определенной культурно-философской теории, и как крушение некоего глобального культурного проекта,  связанного с эпохой Просвещения.
Культура – это прежде всего мощный механизм антропологического воздействия, способ адаптации индивида к культурным потребностям общества и в то же время способ индивидуальной реализации накопленного этнического и национального опыта и самореализации личности в культурном пространстве этноса. В этом смысле культура коренится в глубинах общеродового уровня, и ее жизнеспособность представляет собой следствие её уникальности и неповторимости со всеми ее традициями, навыками и национальными образами. Культурный мир – это единый космос, в котором слиты человек и окружающая его природа, что влияет на социальную психологию этноса, формирует национальный характер и детерминирует направленность его практической деятельности. Правомерно рассмотрение культуры как самостоятельной целостности, которая воспроизводится на протяжении длительного исторического периода. Онтология культуры включает в себя механизм передачи социального опыта через освоение каждым поколением не только предметного мира, навыков и приёмов технологического отношения к природе, но и культурных ценностей, образцов поведения.
Специфика культуры реализуется как в типе социальной организации, так и в типе личности. Итогом выступают технологический и экономический уровни развития культуры, представленные её социальными носителями (группами, классами, организациями). Но и на этом уровне интегрирующая роль культуры такова, что она формирует единую систему художественных, технологических и познавательных ценностей и образцов поведения. Изучение культуры в собственном поле исследований  связано с обращением к «археологии культуры». Задача культурологии – построить «генетику культуры», которая бы не только объясняла историко-культурный процесс, но и могла бы, в перспективе, прогнозировать его. Что предполагает выявление  «генетического кода» культурных феноменов, т.е. базисных структур, которые ответственны за сохранение, передачу социального опыта; изучение факторов, оказывающих расшатывающее, мутационное воздействие на «гены» культурно-исторических образований, перестраивающих их «код» в процессе творчества; изучение суммарных последствий такого развития как реальной истории «очеловечивания» мира. Проведение культурологических исследований требует вовлечения в научный оборот обширного, разностороннего материала изо всех областей социального знания, однако определяющая роль в этой интегративной области   отводится образу жизни «рядовых» субъектов истории. Палеоантропологическая реконструкция,  наряду с дешифровкой знакомых систем, т. е. семиотическим  анализом,  есть  метод и содержание культурологии как теоретической дисциплины.
В сфере научных интересов, связанных с историко-культурологическими исследованиями, находится также модернизационный страт Запада как культурный конститутив и исходный импульс, полученный от греческой цивилизации. Античная   культура   и   цивилизация –  это    культура    агонального  (состязательного) типа. Состязательность и возникший на ее основе разум  стали основанием для возникновения европейской культуры. Постоянное социальное обновление, культурное новаторство предполагают  очеловеченный, отвечающий человеческим измерениям мир. В этом культурном контексте особое значение приобретают проблемы древнегреческой демократии и пайдейи.
Данные научные положения обоснованы в приведённом в «автопортрете культуролога» списке основных научных работ. 

16. Число докторских и кандидатских диссертаций, защищенных под Вашим руководством (консультированием), назовите нескольких наиболее известных своих соискателей
Количество подготовленных докторов наук - 24
Количество подготовленных кандидатов наук – 29
Подавляющее большинство подготовленных докторов наук работают заведующими кафедр философии и культурологии, проректорами ВУЗов, кандидатов наук – преподавателями кафедр философии и культурологии.

17. Настоящие места работы (основное и по совместительству)
Южный Федеральный Университет, факультет философии и культурологии, профессор кафедры Теории культуры, этики и эстетики, декан

18. Членство в диссертационных советах
Председатель Диссертационного совета по философским наукам, член двух диссоветов.

19. Членство в редколлегиях периодических научных изданий
Научные журналы:
-Личность. Культура. Общество. Москва
-Вестник РФО. Москва
-Вестник Высшей школы. Северо-Кавказский регион.  Ростов-на-Дону
-Социальные и гуманитарные науки. Ростов-на-Дону.
-Научная мысль Кавказа. Ростов-на-Дону

20. Членство в общественных организациях
Вице-президент Российского философского общества
Член научной коллегии Научно-образовательного культурологического общества

21. Контакты
Т. 8(863)230-32-48

Показательные цитаты 
1. Категория «культура» привлекала и привлекает многих исследователей глубиной своего содержания и эвристической значимостью. Широта охватываемых ею общественных явлений вызывает особый эффект закрепления за этим понятием множества смысловых оттенков, что, в свою очередь, накладывает свой отпечаток на понимание и употребление термина «культура» различными дисциплинами и в различные исторические эпохи. И все же анализ показывает, что объединяющее, движущее начало в становлении культурологии надо искать в богатых традициях европейской истории философии. 
2. Если философия культуры нацелена на ее понимание как целого (всеобщее), то культурология рассматривает культуру в ее конкретных формах (особенное), с опорой на определенный материал. То есть в культурологии как научной дисциплине по сравнению с философией культуры акценты смещены на объяснение ее конкретных форм с помощью теорий так называемого среднего уровня, основанных на исторической фактологии. А философия выполняет методологическую функцию, определяет общие познавательные ориентации культурологических исследований.
3. Независимый, самодовлеющий античный человек гордился своей силой и разумом и способностью жить «по природе» и «по установлению». Созерцая природный порядок, он развивал субъективный логос в слиянии с объективным, умножая свой разум. В суде, в народном собрании древний грек чувствовал себя в онтологической безопасности, поскольку полис гарантировал ему свободу, социальную защищенность и реализацию его честолюбивых устремлений. И гарантом стабильности и порядка были даже не законы (хотя на их защите стояли отеческие боги), а сам природный порядок, укоренившееся в сознании представление о рациональном, вечном, жизненном, а значит, о божественном порядке вещей. Из единства человека с природой вытекало возведение ее в труднопостижимый, но не трансцендентный абсолют, а жизнь «по природе» превращалась в этический идеал образования и культуры.